В НОВОГОДНЮЮ НОЧЬ БЕЗ МЕНЯ
— В Новый год останешься дома одна. Мне появляться с тобой в гостях неловко, — бросил Андрей, торопливо поправляя галстук.
— Но я уже почти оделась… — Наташа едва слышно выдохнула. — И с Людой мы так давно не виделись…
— Давай без этого, ладно? — раздражённо отмахнулся муж. — Я всё решил. Ты встречаешь праздник дома. Одна. И, между прочим, посмотри на себя в зеркало. Видела, как ты сейчас выглядишь?
Наташа медленно повернулась к окну. Пальцы автоматически поправили парик, который давно стал ей чужим, неудобным, тяжёлым. В суставах снова скрутило боль — напоминание о месяце химиотерапии.
— Я… понимаю, — тихо произнесла она. — Тебе, наверное, действительно нужно развеяться. Последнее время было очень тяжёлым…
— «Тяжёлым» — это мягко сказано. — Он резко повернулся к ней. — Мы полтора года не жили, а существовали. Больницы, анализы, лекарства… Скажи спасибо, что я вообще рядом.
Она кивнула. Извинения застряли в горле.
— Иногда я смотрю на свадебные фотографии и думаю: это была другая женщина, — бросил Андрей, надевая пальто. — Красивая, яркая… а теперь…
Он не договорил, но Наташа и так знала, что он хотел сказать. Она знала это каждый день, глядя в зеркало на опухшее лицо, блеклую кожу и парик, который никогда не сидел ровно.
— Я у Михайловых. Лекарства не забудь, — сказал он напоследок и вышел.
Когда дверь хлопнула, Наташа опустилась в кресло. Силы уходили с каждым выдохом, но она держалась. Она всё ещё жила — и это само по себе было чудом.
За окном город расцветал огнями. Гирлянды на деревьях, заснеженные витрины, люди, спешащие друг к другу с подарками. Когда-то Новый год был их любимым праздником. Когда-то они с Андреем встречали его в шумной компании, под бой курантов, смеясь до слёз.
А потом всё изменилось.
Телефон зазвонил.
— Наташа, привет, это Люда! — тревога в голосе Михайловой была явной. — Андрей сказал, что тебе плохо. Может, приехать?
ПРОДОЛЖЕНИЕ (~3000 слов)
Глава 1. Когда слова режут глубже болезни
— Нет, Людочка, не надо… — Наташа попыталась улыбнуться, хоть голос предательски дрогнул. — Всё нормально. Просто устала.
— Ты уверена? — в голосе Люды прозвучало сомнение. — Он так сказал… будто… будто с тобой совсем беда.
Наташа прикрыла глаза. Андрей умел приукрашивать — но только тогда, когда это было ему выгодно. А когда речь шла о жене, он охотно рисовал её жалкой, слабой, несчастной. Так ему было проще оправдывать собственное бегство.
— Я справлюсь. Честно, — сказала она.
— Наташ… — Люда замолчала, будто подбирала слова. — Я всё равно заеду. Хоть на пять минут. Ты мне как сестра. И — прости, если что — я Андрея убью. Потому что он сказал, что «ему стыдно» приходить с тобой. Он что, с ума сошёл?
Наташа ощутила, как внутри что-то оборвалось.
— Люда… пожалуйста, не надо с ним ругаться. У него… тяжёлый период.
— У него? — возмущённо выдохнула подруга. — А у тебя, значит, лёгкий, да?
Но спорить она не стала — просто пообещала заехать «ненадолго» и положила трубку.
Наташа долго сидела с телефоном в руке. Она привыкла к боли — к физической, к той, что разрезала тело изнутри. Но слова… Слова Андрея ранили так, как не ранит никакая болезнь.
«Мне стыдно идти с тобой».
Она сказала себе, что не будет плакать. Она обещала себе тысячу раз. Но слезы всё равно выступили.
Когда тебя бросает муж — это больно.
Когда тебя бросает муж, пока ты борешься за жизнь — это унизительно.
А когда муж стыдится тебя — это убивает.
Наташа потерла виски.
«Только не сейчас, — устало подумала она. — Сегодня Новый год. Я должна хотя бы попытаться быть спокойной».
Она медленно поднялась и подошла к столу. На нём стояла одна свеча — подарок от коллег, присланных по почте. Она не работала уже восемь месяцев, но они не забывали о ней.
Это согревало.
«Андрей не любит свечи…» — подумала она и тут же поймала себя на странной мысли: а почему она вообще думает об этом? Он сам сказал, что его не будет.
Она зажгла свечу.
Тепло света слегка смягчило комнату. Было тихо. Очень тихо. Иногда тишина — лучше любых слов.
Но ей всё равно хотелось одного: чтобы рядом был человек, который скажет:
«Ты сильная. Ты красивая. Ты справишься. И я никуда не уйду».
И вдруг Наташа впервые за долгое время поймала себя на том, что она не уверена, кто Андрей ей сейчас — муж или просто знакомый, который живёт рядом из привычки и страха выглядеть «плохим супругом».
Глава 2. Когда дверь открывается сама собой
Через полчаса раздался звонок в дверь.
— Люда? — Наташа попыталась привести себя в порядок, поправила парик и открыла.
Но на пороге стояла не Люда.
На пороге стоял… Михаил.
Муж Люды, их старый друг, один из тех, кто шесть лет назад познакомил их с Андреем.
— Твою же… — протянул он, увидев Наташу, и тут же убрал с лица растерянность. — Можно войти?
— Конечно… но… Люда сказала, что собиралась заехать.
— Она собиралась. Но Андрей её отговаривал, — тихо пояснил Миша, проходя внутрь. — И знаешь… она всё равно собиралась приехать. Но тут я подумал, что… наверное, будет лучше, если приеду я.
— Зачем? — Наташа искренне не понимала.
Михаил на секунду замер, затем ответил:
— Наташ, ты не обязана встречать Новый год одна.
Она почувствовала, как горло сжалось.
— Андрей сказал, что ему… неловко идти с тобой, — осторожно произнёс он. — Люда рассказала.
Наташа закрыла глаза.
— Не обращай внимания, — сказала она. — Он устал. Все устали.
Михаил засмеялся — горько, даже зло.
— Да, бедный Андрей, — пробормотал он. — Устал жить с женщиной, которая борется за жизнь, пока он наслаждается удобным сочувствием друзей.
— Миша… — Наташа чуть слышно произнесла. — Пожалуйста…
Михаил резко сменил тон.
— Хорошо. Давай без лишних разговоров. Я привёз тебе ужин. Люда настояла. Да и я тоже. И ещё кое-что…
Он снял с плеча небольшую сумку, откуда достал маленькую коробочку, завернутую в серебристую бумагу.
— Это тебе. От нас. Мы не знали, что подарить… решили, что ты сама скажешь, если не понравится.
Наташа растерянно смотрела на него.
— Спасибо… но зачем?..
— Потому что ты заслуживаешь праздника. Даже если один человек этого не понимает.
Её дыхание перехватило.
Он говорил о ней так, как не говорил с ней никто за последние месяцы.
Она села на диван, прижимая коробочку к груди.
— Наташ, — мягко сказал Михаил, — я могу остаться? Хоть ненадолго. Не хочу, чтобы ты была одна в такой вечер.
Она открыла глаза.
И впервые за долгое время сказала честно:
— Останься.
Глава 3. Двенадцать ударов, которые всё изменили
Они сидели вдвоём в небольшой гостиной. Ужин — тёплый, домашний, приготовленный Людой — казался маленьким чудом. Михаил рассказывал истории, которые Наташа давно не слышала, и она смеялась — тихо, осторожно, но искренне.
— Наташ, — сказал он вдруг, — можно задать один вопрос?
— Да.
— Ты… хочешь жить?
Она замерла.
— Что за вопрос?
— Такой, который должен был задать тебе муж. — Михаил говорил без осуждения. Только с болью. — Ты борешься. Но ты борешься одна. А это неправильно.
— Андрей… — начала было она, но не смогла продолжить.
Тогда Михаил мягко положил ладонь поверх её руки.
— Ты имеешь право на поддержку. На любовь. На уважение. Ты не виновата, что заболела. Не виновата, что изменился твой внешний вид. Ты — всё та же женщина, которую мы знали. Только сильнее.
Наташа почувствовала, как по лицу текут слёзы.
— Мне так страшно, Миша.
— Знаю.
— Я боюсь, что не выдержу. А потом боюсь, что выдержу… но Андрей уйдёт окончательно.
Михаил выдохнул:
— Он уже ушёл, Наташ. Просто оставил свою тень.
Эти слова ударили сильнее любого диагноза.
Ушёл…
Она смотрела на Мишу — на его добрые глаза, на искреннюю заботу — и понимала: так на неё давно никто не смотрел. Её не жалели. Её видели.
Наступило молчание.
За окном начали греметь первые салюты. Телевизор отсчитывал последние минуты года.
— Знаешь… — тихо сказал Михаил. — Я хотел сказать это давно. Но боялся причинить тебе боль.
Он поднял её руку и чуть сжал:
— Ты не одна. Ни сегодня, ни завтра. Мы — рядом. Я… рядом.
Наташа уже собиралась ответить, как вдруг неожиданно…
Раздался звук ключа в замке.
Дверь открылась.
И на пороге появился Андрей — пьяный, раздражённый, в расстёгнутом пальто.
— Ага! — выкрикнул он. — Вот ты где! А я думаю, чего это Миша сбежал так быстро с вечеринки!
Наташа побледнела. Михаил спокойно поднялся.
— Андрей, — сказал он холодным голосом. — Мы просто говорили.
— Да ладно! — Андрей покачнулся, ухватился за косяк. — У меня жена лысая, толстая и унылая… а ты сидишь у неё дома за пять минут до боя курантов! Очень мило!
Наташа зажмурилась. Её пронзило унижение, которое невозможно описать.
Михаил шагнул к Андрею.
— Не смей так говорить о ней.
— А ты что, защитник нашёлся? — захохотал Андрей.
— Да. Если надо — да.
— Да ты… — Андрей замахнулся, но Михаил перехватил его руку.
— Андрей. Выйди. Сейчас же. Или я вызову полицию.
На секунду наступила тишина.
Потом Андрей отпустил рукав и усмехнулся.
— С Новым годом, Наташа, — зло бросил он. — Может, Миша и заменит тебя на вечеринке. Хотя… кому ты вообще нужна?
Он хлопнул дверью и исчез.
Тишина оглушила.
Наташа закрыла лицо ладонями. Её трясло.
Михаил подошёл, опустился рядом на колено.
— Он не имеет права так с тобой обращаться, — сказал он. — Никто не имеет.
Она всхлипнула:
— Почему он меня ненавидит?
— Он ненавидит не тебя. Он ненавидит собственную слабость. И то, что ты оказалась сильнее, чем он способен выдержать.
Наташа посмотрела на него — и вдруг впервые за долгое время в глубине души вспыхнуло что-то едва заметное.
Тёплое. Живое.
— Миша… — прошептала она. — Я устала бояться.
— Тогда перестань, — мягко улыбнулся он. — И начни жить так, как хочешь ты. Не он.
В этот момент куранты начали отсчёт.
12 ударов.
12 возможностей начать заново.
И Наташа вдруг поняла: она действительно хочет начать заново.
Глава 4. Новый год. Новая жизнь
После полуночи они долго сидели рядом, молчали, смотрели на салюты. Миша ни разу не сказал лишнего слова. Просто был рядом — так, как бывает рядом только тот, кому не всё равно.
Когда стрелки перевалили за два часа ночи, он поднялся.
— Я пойду. Но если что-то случится — позвони. В любое время.
Наташа кивнула.
— Спасибо тебе за этот вечер. Я… не знаю, что бы я делала…
— Ты справишься, Наташа. Ты сильнее, чем думаешь, — сказал он, бережно коснувшись её руки. — И… если Андрей ещё раз позволит себе подобное — я не оставлю это просто так.
После его ухода в квартире стало тихо. Но это была совсем другая тишина.
Не пустая.
А… спокойная.
Наташа встала, подошла к зеркалу.
Посмотрела на себя — внимательно, впервые за много месяцев.
Она увидела усталость. Боль. Следы слёз.
Но под этим — увидела женщину, которая всё ещё хочет жить.
Женщину, которой не стыдно быть собой.
— Пора, — прошептала она. — Пора выбирать не страх… а жизнь.
И именно в этот момент зазвонил телефон.
На экране — Андрей.
Она посмотрела на звонок и вдруг почувствовала, что впервые за долгое время может сказать правду.
Она нажала «отклонить».
Потом набрала короткое сообщение:
«Когда придёшь домой — поговорим. Но уже не так, как раньше».
Глава 5. Разговор, который должен был случиться
Андрей вернулся под утро — злой, мрачный, пахнущий алкоголем. Наташа сидела в кресле. Спокойная. Не дрожащая.
— Опять ты… — пробормотал он. — Что за драму устроила?
— Сядь, — тихо сказала она. — Нам нужно поговорить.
Он криво усмехнулся:
— Ну давай. Только быстро.
Она посмотрела на него так, как не смотрела годами — прямо, твёрдо.
— Андрей, я не буду оправдываться. Ни за болезнь, ни за внешний вид, ни за то, что ты считаешь меня обузой. Я ждала, что ты поддержишь меня. Но ты выбрал другой путь.
Он фыркнул:
— Я устал. Мне тяжело. Ты думаешь, мне легко жить с таким…
— Скажи это слово, — спокойно произнесла она. — Договори.
— С больной женщиной! — выкрикнул он.
Наташа кивнула.
— Спасибо. Теперь я услышала то, что давно чувствовала.
Она поднялась.
— Андрей. Мы разводимся.
Его глаза расширились.
— Ты… что?
— Ты свободен от меня. А я — от лжи, унижений и твоего стыда.
И знаешь… мне не стыдно за себя.
Мне стыдно за тебя.
Он молчал.
Он не ожидал.
Он не верил, что женщина, которую считал сломанной, способна уйти первой.
А Наташа вдруг поняла: этот момент — её Новый год. Её начало. Её свобода.
И что бы ни случилось дальше… она выдержит.
Потому что теперь она жила не страхом.
А собой.