Когда материнство превращается в личный выбор

Кирилл,переступив порог,сразу уловил тонкий,рваный плач Артёма—шестимесячного сыночка,который обычно засыпал спокойно.По квартире тянуло тишиной и полумраком;Алисы нигде не было видно.Не раздеваясь как следует,он быстро скинул куртку,обувь оставил у двери и направился в детскую.

—Тсс…тихо,я здесь,—шептал он,поднимая малыша на руки.—Ну что,где же наша мама?

Артём почти сразу затих,прижимаясь к отцу маленькими ладошками.Улыбнулся—чуть,еле заметно,словно успокаивая уже его.Кирилл,чувствуя,как облегчение сменяется тревогой,достал телефон и набрал номер жены.

«Абонент временно недоступен».

Он выдохнул резко.Любой другой мужчина испугался бы:в доме младенец,а мать исчезла.Но первая реакция Кирилла была вовсе не тревогой,а злостью.Его будто ударило:опять.Она снова делает то же самое.

Материнский инстинкт?Кому-то—да.Алисе—нет.Она всегда думала прежде всего о себе:яркая,эффектная,насмешливая,сама себе королева.Поначалу именно это и привлекло его:она блистала.Но блиск редко превращается в тепло.И со временем Кирилл начал понимать:рядом с ним не та женщина,с которой строят дом,растят детей,делят радости и заботы.Алиса видела мир лишь под углом собственной выгоды,и слушать кого-то,кроме себя,ей было скучно.

Тогда,вспоминая,он и представить не мог,что она окажется беременна.Эта новость в своё время прозвучала как гром.

—Подожди,—он тогда не смог скрыть удивления.—Ты же таблетки пила.

—Так стопроцентной защиты нет,—ответила она равнодушно.—Ну…значит,не сработало.

Это «не сработало» до сих пор звучало у него в голове как ложь,которую она даже не старалась приукрасить.Но,несмотря ни на что,ребёнка он хотел.И если уж ей понадобилось,чтобы малыш появился «в браке»,он согласился.Он не пожалел бы ни секунды,если бы Алиса изменилась.Если бы в ней проснулся материнский инстинкт,который он считал врождённым для всех женщин.

Но он заблуждался.О,как он тогда заблуждался.

Поначалу Кирилл думал,что всё дело в послеродовой депрессии.Алиса избегала сына:не подходила,когда он плакал,не пыталась кормить сама—решила,что фигура важнее.Он вставал по ночам один,утром шёл на работу с тяжёлой головой,а возвращался и снова брал малыша на руки,пока Алиса делала вид,что устала от «рутины».

Сын рос,а Алиса почти не менялась.Для неё Артём оставался помехой—маленьким,требовательным,неудобным.Она не гуляла с ним неделями—просто находила повод исчезнуть:к подружкам,в кафе,в торговый центр.А если уходила вечером,то иногда возвращалась под утро,пьяная,не спросив ни разу,как малыш.

Кирилл пытался говорить.Но любой разговор заканчивался тем,что Алиса начинала кричать:

—Ты попробуй сама пройти через беременность!Сидеть взаперти месяцы!Вот когда ты всё это испытаешь,тогда и будешь мне что-то говорить!

Он хотел бы услышать хоть тень раскаяния—но её не было.

Однако оставить ребёнка одного…Это было уже слишком.И Кирилл понимал:скорее всего,это не первый раз.Просто раньше он никогда не возвращался домой так рано.

Он надеялся,что она вышла на несколько минут.Ну мало ли—может,памперсы закончились или смесь.Хотя есть доставка,и она прекрасно об этом знает.Но Алиса появилась только через час.И кто знает,когда она ушла на самом деле.

 

Она вошла в квартиру уверенной походкой—до того момента,пока не увидела Кирилла,стоящего посреди комнаты с Артёмом на руках.Выражение его лица было таким,что Алисе стало не по себе.

Он медленно повернулся к ней:

—Тыгдебыла,—голосКириллабылровным,новэтойтихостискрываласьтабуря,которуюАлисапочувствовалаодниммгновением.Неужтоонтакбыстровернулся?Несвоевременно.Очень.Оназамерлавпроёме,словноребёнок,застуканныйзаплохимпоступком.Бешевидящейвнутреннеёжидалиосознать:выкрутитьсябудетсложно.Кириллстоялстольнеподвижно,словноприбиткполу.Наоднойруке—Артём,другойдержалсязакресло,какбудтоконтролировалсебя,чтобынеперейтитуграницу,закоторойначинаетсякрик.—Яспросил:гдебыла?—онповторил,чутьотчётливеерасставляяакценты.Ниповышениятона,ниистерики,нивсплескаэмоций—именноэтоделалодопросстрашнее.Алисаотвела взгляд,началарасстёгиватьпальто,выигрываясекунды.—Тынепредставляешь,какойдень…—началаона,ноКириллперебил.—Какойдень?Мнебезразницы,какойудень.Меняинтересует,гдебыламатьшестимесячногоребёнка,покамаленькийполчасаплакалодинвквартире.—Полчаса?—онапопытаасьизобразитьудивление,нополучилоськриво.—Тыпреувеличиваешь.—Тыуверена?—вежливовопрошёлон.—Потомучтоявернулсявпятьдвадцать.Атыявиласьвшестьтридцатьтри.Исизданийчёткослышно:плачнепрерывался.Онпошёлслегкаизменяться:тостановилсятоньше,тоглуше,нонепрекращался.—И?—онабросиласнисходительно.—Ребёнокпоплакал.Ничегострашного.—Тыоставиламладенцадомаодного,—онпроизнес,какприговор.—Иэто—впервые,когдаяэтозаметил.Тыуверена,чтоэто—первыйслучай?Алисанерешительнопожалаплечами,подошлакдивану,словнодлядоставаниясумки.—Тыменяпугаешь.Какбудтоясовсемужемонстр.—Актожестогда?—онспросилнастолькоспокойно,чтотокосточкипохолодели.—Взрослыйчеловек,оставляющиймладенцабезприсмотра.Это—как?Неответив,онаотошла,сказала чутьрезче:—Нечемнедавить.Япришлавовремя.Ребёнокспокойный,живой,всёхорошо.—Хорошо…—повторилКирилл,иотэтоговздоханаАлисупокативолнахолод.—Тоестьтысчитаешь,чтовсёвпорядке?Чтоэтонормально?Оставитьшестимесячногосынаодного,чтобыпойти…кудатынаходила?Алисаотодвинула прядьволос,молчаньеоднонулоинесмыслм.—Ну?—онвыжидал,какследователь.Вконцеконцовачертыпликали:—Яходилавмагазин!Кириллпокачалголовой.—Вмагазин?Счаса?Ибезтелефона?Ипочемутодамойпахнеталкоголем?—Этотвопросонзадалспокойно,ноАлисуударилонпущеокрика.—Алкоголем?Тыпридумываешь.—Правда?—онподнёскносумалыша.Переступил шаг.Егодыханиебылочуткасобственнымногeм.—Янепридумываю.—Тыможетбытьвстретиласьсподружками?—Ончутьнаклонилголову.—Можетбыть,выпила?Можетбыть,чутокразвлеклась,пока сынсрываяськричалотодиночества?Алисаужекрыласъязвлённойфразой,ночто-тозаставилоеёсдержаться.Обострённыйвзглядмужабылвпервыезаихотношениянастоящим.—Я…—онавздохнула,решивсменитьтактику.—Яустала.Кирилл,яустала!Шестьмесяцевсидениядома—тысамсказал,чтоэтонелегко.—Тыне”сидела”.Тыубегала.—Тырешилсо мнойсерьёзно поговорить?—вскинуласьона.—Хорошо.Поговорим.Толькоучитывай:я—живойчеловек,анеинвалид,прикуюшийсякдетской.—Тыуженеинвалид,—сухозаметилон.—Но,видимо,яошибся,когдадумал,что ты—мать.Егофразапридалаударпопозвоночнику.Алисаотпрянула.—Ахвоткак?Воткчемумыпришли?Матьплохая,отомна?Актотоичегохочет?Тыдумал,чтояродиласынатебеслужить?—служить?—повторилКирилл.—Ядумал,что тыродиласына,чтобылюбить.Замолчалиоба.Артёмвыпустилизрукручкурубашкиотца,тихонькочмокнув,словновоздухсталжёстким.Детямчувствуетсявсегда.ИКирилл,иАлисаодновременнообратилинивниманиенанего.Алисаусталосела.—Послушай…—еговолнулогневнитоне,аеёуступчивость.—Япошлавстретитьсясподругой.—Скакой?—сухо.—СЛеной.—УЛенысегоднясмена.Вотэтожевечер.—Тыменяслежишь?—Атылжёшь.—Алисаначалапытатьсянайтивыход.—Хорошо.Ладно.Яходилавкафе.—Скем?—Сподругами.—Как зовут?—Актебеправдаэто нужно?—Севера,Настяитретьябылатвояколлега,Катя.—ЯзнаюКатю.—Нуивсё!—Алисаобрадовалась,чтоестьхотькакаятоссылка.—Онаможетподтвердить.—Позвонить?—спросилон.—Сейчас?Алисаосознала,что сама же загнала себя в тупик.—Нет…не нужно.Она…не возьмёт.—Почему?—Потомучто…—Алисаискалаотмазку.—Телефонунеёразрядился.—Удобно.—Тысумасшедший,—сказалаонаужеповышаятона.—Ты реальносчитаешь,чтoяспециальнооставлялоребёнка,чтобыгдетоходитьи…—Ипить,—тихотворилКирилл.—Дапитбылозаметно.—Тыпридумываешь,—онаповторила,какмантру.НоуКириллабылопростодостаточнодоевого—вечера,недели,месяцев.Егоразочарованиебылоплотным,каккамень.—Ясегоднязабралсынавруки,аонбылвесьвслезах.Хрипелоткрика.—Яне знала,чтотыпридёшьтакрано!—сорваласьона,неуспевдогадаться,чтооговорилась.Вэтуминутувсёсталоясно.Онаопустиласьвкресло,словнопотеряласилы.—Кирилл…яне хотела.Просточутьвыйти.Ядумала,онпоспит.—Сколько?—Час…—Тысказала”не знала,что я приду рано”.Томожетзначитьтолькоодно:тыоставилаего”ненадолго”тогда,когдазнала,чтообычнобываюдопоздна.—Я…—У неёпересохворту.—Тыхочешьсказать…—хочупривестиэтовпорядок,—перебилон.—Сейчасбудетпо-другому.—Тоестьтыбудешьменяучить,какжить?—О,нет,—сказалКирилл,и его спокойствиенебылоигрой.—Янесобираюсятебя”учить”.Ярешил.Отсегоднявсёменяется.—Ахвоткак?Чтоизменится?—Онаподняла вызов.—Тыцёхочешь?Житьодин?Сребёнкомнасвоейшее?—Да,—ответилонтакьясно,чтоонаотшатнулась.—Яужежил,—добавилон,—и,по-моему,онтебябольшеинтересуетминимально.—Тынеимеешьправа!—закричалаона.—Я—его мать!—Толькопотомупаспортетакнаписано,—спокойноответилКирилл.—По делам—не уверен.—Подожди,—онавскочила.—Тыхочешьотобратьуменясынa?!—Яхочуобеспечитьемубезопасность.—Иномнеужененадёжно?—зашипелаона.—Ятожееголюблю!—Любишь?—онприподнялбровь.—Тыдажесегфото вночизнеспособна,потомучтоустаёшьпослешопинга.—Актотампомпермамамыслинитьобижаться?Онсейчастакоймаленький…—онподошёлккроватке,тихоноперенёсАртёмавперёд.—Артёмдлятебя—какаксессуар.—Не смей!—закричалаона,шагнуввперёд.—Я—его мать!Кириллповернулся.—Котораяоставляетегоплачащимвпустойквартире.—Тызверь…—Онасквозьзубыпосмотрелана него.—Тысудишь,потому что тебявсёвремябылокомуподдерживать!Тыничегоне знаешьобусталости!Об одиночестве!—Язнаюобответственности,—перебилон.—Эторазныевещи.Еёлицоисказилось.—Ичто?Что тыхочешь?Развестись?Уйти?Забратьребёнка?Ах,сынтебе нужен—амамабольшебезпользы?—Яхочу того,— сказалон,поднимаясынанауровеньсвоихгрудей,—чтобыонникогдабольше незнал,что такoеплачвпустотy.КириллусадилАртёма,накрылпледом,обернулсякАлисе.—Сейчасяготовсделатьпаузу.Нечтобитебянаказывать.Унасестьвыбор.—КакойещёвЫбор?—горькоусмехнуласьона.—Либо ты менявыгонишь,либо…—Либымывғанепридумаемспособжитькакродители,—произнесКирилл.—Ноеслимыостаёмся семьёй,—нужнопо-настоящемуизмениться.—Ты хочешь сказать,чтомненадотеперьденьиночьюсидет’сним?—Яхочу,чтобытынанапоминаламынетолькопомпездорогиепомады,но иром мать.—Ох…—Онаупаланадиван,закрывлицо.—Тынепонимаешь…Мнестрашно.—Страшно?—переспросилКирилл.—Тебестрашночегo?—Страшнозасебя,—выдохнула она.—Янехотелаэтойжизни.Нетак.Неодной.Менянеучили.Уменянебыломамы.Я…не знаю,какою быть.—Тысейчасговоришьчестно?—спросил он,немноголмягчай.—Или пытаешьсявызватьжалость?—Янеумеюбытьматерью!—сорваласьона.—Мнекажется,чтоясломаюсь.Задохнусь.Станутолстойтихой,какмамочкисдетскихклубов.—Ипотому тыуходила?Пила?Оставлялaребёнка?—Потому чтоне умеюпроситьпомощи!—Онаударилакулачкомподивану.—Потому что все ждут отменяидеальности,а янеидеальная!—Никтонеидеален,—тихосказалКирилл.—Ятоже.—Ты?—взглядвпервыесталчутьчутьне такимострым.—Тыужвсёумеешь.Спокойный,правильный…—Ятожеучился,—ответилон.—Идo сихпоручусь.—Кому?—Себе.—Актомнеделать?—сорваласьона.—Кактебедоказать,чтoя…чтоя могуиначе?Кириллподошёлближе.—Дляначала—не лгать.—Хорошо…—Алисакивнула.—Не буду.—Инеуходить,оставляяего.—Ладно…—онавздохнула.—Но мненадоиногдавыходить.Вдохнуть.—Выходить—можно,—кивнул он.—Но не так.—ИБез алкоголя?—Онагрустносмотреланагопол.—Ибезвранья.—Ты мневеришь?—тихонать,—ибоэтотвопросбылпроузел,которыймогилиразорвать,илизатянутьвкрепкийжгут.—Нет,—онответилчестно.—Но дать шанс—могу.—Как?—Работатьвместе.—Ты хочешь…семью?—Егословаотдалисьвееушахчтослинo.Онастолькоднейобвинялaего,астолькоднейдумала,что онвот-вотуйдёт.—Яхочу—нашу семью,—онсказалбезпафоса.—Но толькоеслитышагнёшьмненавстречу.—А если нет?—Ну тогда…—онтяжеловыдохнул,—мыразойдёмся,иподамнавоспитаниесынаодин.—Один?—переспросилаонатак,словноэтаперспективаударилабольнее.—Я…—ОнасмотреланаАртёма.—Я не хочу,чтобыонроссинезапомной.—Тогдадокажи.—Онпротянулеймалыша.—Сейчас.Онаподошла,нерешительновзяласынaруки.Впервыебезвысокихслов,бездокучливойдраматичности.Артёмпосмотрелнанимягкимиглазами,какбудтопыталсяузнатьпо-настоящему.—Привет,—прошепталасколькорастерянно.”—Ятебянеброшу,”—онадобавила,какобет.Заэтимпоследовали днинедели.Иногдаонасрывалась,иногдавела себяхолодно.Иногдаплакалаодна,когдадумала,чтоКирилльнеспит.Синополаееаренции.Онаучиласькупать,кормить,играть.Неловко,угловато,странно—но училась.Кириллнеславил,не ругал—просто был.Sзаводилэмыхакритерий:«Нечужоебезде”.ПостепенноАлисаначаласамаоставатьсяссыномбезстраха.Онзасыпалустеёна руках.Делалпервыезвуки.Онапервая увидела,как он улыбается.—Ты видишь?—Онаоднаждывбежде пробкомнаты.—Онулыбнулся!Настояще!Кириллподошёл.—Явижу.—Онзаглянулейвглаза.—Этои есть…жизнь.—Я боюсьсломаться,—прошепталасона.—Сломаться можно,—онвзяletalеезаплечи,невпервые.—Но теперьтыломаешьсянеодна.В одинвечер.…Они уложилиАртёма,вклЮчилиночныйсвет,сели всениад.—Мы справимся,—сказалКирилл.—Только,если мыобаэтогохотим.—Яхочу,—впервыечестноответилаона.—Страхостался.Но и тыостался.—Яникудане уходил.—Язнаю,—улыбнуласяона.Прошломногомonthов.МаленькийАртём уже училсявставатьнасвои ноги.Алиса научиласьдержать его за ладонь,—некак аксессуар,анекакмир,которыйнезаменим.Иногдаонасорвалась.Иногданапоминаласебепрош­лую.Но —возвращалась.Онанаучиласьговорить”прости”.Он—слушать.Принимать.Прощать.Однаждывечером,когдаКирилл держалсынанарук,Алисаподошла:—Спасибо.—За что?—Заточтождал.Зато,чтонепредал.—Яподумалобэтом.—И?—испугалсяона.—Ирешил:второйразпредавать—ещебольшая ошибка.—Ты правда веришь,чтоя могу…—Да,—кивнулон.—Можешь.—Сыннашихобоихнуждается.—И я в вас.—Всёещёбоюсь.—Бойся.—Кириллулыбнулся.—Бойся,ноделай.Черезнесколько минутАртёмзаснул усее на груди.Кириллпосмотрелнанихи впервыеза долгиевремязапомнилэтоткадр:женщина,которуianikogdaнепонималдоконца,и ребёнок,которыйсделалиходнойкомандой.—Мы справимся,—повторилон,—тольконе отпускай рук.—Не отпущу,—ответилаона уверенно.И сдержала

Прошло время. Алиса и Кирилл постепенно учились жить вместе по-настоящему — не ради привычки, не ради формальностей, а ради сына, ради семьи, ради себя. Каждый день приносил свои трудности, ссоры, сомнения, но и маленькие победы — первая самостоятельная улыбка Артёма, его смех, уверенные шаги, совместные игры, когда три сердца били в унисон.

Алиса открыла в себе то, чего не знала раньше: заботу, терпение, искреннюю любовь, умение признавать ошибки. Кирилл, в свою очередь, понял, что любовь — это не только ответственность, но и способность прощать, поддерживать, верить и ждать.

Их путь не был лёгким, он никогда не станет идеальным. Но теперь они знали: семья — это не просто общие стены и общие документы, а доверие, совместные усилия, уважение и забота друг о друге.

В тот вечер, когда Артём, наконец, заснул в их обнимку, Алиса тихо сказала:

— Спасибо, что не отпустил.

— Не отпущу никогда, — ответил Кирилл.

И это было правдой. Они не просто

Читайте другие, еще более красивые истории»👇

выжили — они начали жить. Впервые вместе. Впервые по-н

астоящему.