Сын выбрал нас, у нас не надо зубрить,
— Сын выбрал нас, у нас не надо зубрить, — заявил бывший. В тот же вечер я сменила замки в квартире
— Я выбираю папу. У них с Ритой прикольно, и никто не заставляет зубрить физику, — сказал в микрофон мой четырнадцатилетний сын.
Судья поправила тяжелые очки в роговой оправе. В пустом зале повисла звенящая тишина. Лена сидела на жесткой деревянной скамье. Она сжала край лакированного стола так, что побелели костяшки пальцев. Шариковая ручка выскользнула из рук и со стуком покатилась по вытертому линолеуму.
— Артем, вы понимаете, что суд определяет ваше место жительства на постоянной основе? — сухо спросила женщина в мантии.
— Да, понимаю. Я хочу жить с отцом, — Тёма переступил с ноги на ногу.
На нем были те самые кроссовки за девять тысяч рублей. Их купил бывший муж ровно за день до суда. До этого Игорь не вспоминал о размере обуви сына больше полугода.
Лена посмотрела на Игоря. Бывший муж вальяжно откинулся на спинку стула. Он поправил манжет синей рубашки. На его губах играла едва заметная победная ухмылка.
— Ваша честь, мальчик сделал осознанный выбор, — произнес адвокат Игоря. — Мой клиент готов обеспечить сыну комфортные условия проживания. И самое главное — здоровую психологическую обстановку. Без давления.
— Какое давление? — Лена резко подалась вперед. — Я просто требую, чтобы он учился! Он в восьмом классе. У него пять двоек в четверти.
— Елена Викторовна, соблюдайте порядок, — отчеканила судья. — Слово предоставляется отцу.
Игорь встал. Он картинно вздохнул, изображая уставшего от скандалов человека.
— Понимаете, бывшая жена помешалась на контроле. Она не дает парню дышать, — начал Игорь мягким баритоном. — Репетиторы, секции, постоянные упреки. Артем для нее — проект. А ему нужна семья. Мы с моей невестой Ритой дадим ему свободу и понимание.
Лена почувствовала, как ногти впиваются в ладони. Свободу. Полгода назад Игорь ушел к двадцатишестилетней Рите. Оставил Лену с ипотекой и переходным возрастом сына. Алименты платил со скрипом. Всего пятнадцать тысяч рублей с «белой» части зарплаты.
Но стоило Лене подать иск на твердую денежную сумму в размере тридцати пяти тысяч, как Игорь нанес ответный удар. Он подал встречный иск об определении места жительства ребенка. Если сын живет с ним, алименты платит Лена. Математика была простой.
— Тёма, ты же понимаешь, что отец просто не хочет платить? — громко сказала Лена, глядя сыну прямо в глаза.
— Мам, не начинай, — Тёма закатил глаза. — Папа прав. Ты вечно всем недовольна. А Рита крутая. Мы вчера до двух ночи в плейстейшен рубились. Она даже пиццу сама заказала.
Судья громко стукнула деревянным молотком.
— Решение суда. Иск удовлетворить. Место жительства несовершеннолетнего определить с отцом.
Сборы вещей напоминали плохую комедию. Тёма молча скидывал одежду в большую клетчатую сумку. Он не складывал вещи, а просто комкал их и швырял внутрь.
Лена стояла в дверях его комнаты. Она скрестила руки на груди. В нос бил запах пыли и подросткового дезодоранта.
— Учебники по алгебре на столе, — ровным голосом произнесла Лена.
— Потом заберу. У нас завтра выходной, — буркнул Тёма, не оборачиваясь.
В коридоре раздался тяжелый мужской шаг. Игорь вошел в квартиру без стука. У него были свои ключи, которые он так и не вернул после развода. За ним вплыла Рита. От нее резко пахло сладким ванильным парфюмом. Рита брезгливо оглядела тесную прихожую.
— Привет, Тёмыч! Готов? — громко спросил Игорь. — Там такси ждет. Рита тебе новую комнату оформила. Все как договаривались.
— Да, пап, почти всё. Только зарядку от ноута найти не могу, — крикнул сын.
Лена шагнула наперерез бывшему мужу.
— Игорь. Ему в понедельник сдавать проект по истории. Я оплатила репетитора по химии. Четыре с половиной тысячи рублей за три урока вперед. Занятия по средам в шесть.
Игорь усмехнулся. Он достал из кармана телефон и покрутил его в пальцах.
— Лен, выдохни. Какие репетиторы? Пацан только переезжает. Ему нужна адаптация.
— Адаптация к чему? К тому, что можно ничего не делать? — голос Лены сорвался. — У него аллергия на цитрусовые, таблетки в аптечке. В школу он встает в семь пятнадцать.
Рита громко цокнула языком. Она поправила идеальную укладку и посмотрела на Лену с плохо скрываемой жалостью.
— Елена, вы слишком нагнетаете, — сладким голосом протянула Рита. — Тёма взрослый парень. Мы найдем общий язык. Главное — это доверие, а не ваши жесткие рамки.
Тёма вышел из комнаты. Он тащил за собой неподъемную сумку. На его плече висел рюкзак с игровой приставкой.
— Тёма, — Лена сделала шаг к сыну. — Если ты сейчас уйдешь вот так, ради свободы от уроков, обратно пути не будет. Понимаешь?
Подросток дернул плечом. Он даже не посмотрел на мать.
— Мам, я же не в тюрьму сажусь. Буду заходить по выходным на борщ, — он засмеялся собственной шутке. Игорь поддержал его громким хлопком по спине.
— Пошли, мужик. Нас ждут бургеры, — скомандовал Игорь.
Входная дверь громко хлопнула. Замок щелкнул. Лена осталась одна в пустом коридоре. Она медленно опустилась на пуфик для обуви. В тишине было слышно, как на кухне капает вода из неплотно закрытого крана. Лена закрыла лицо руками. Плакать не хотелось. Внутри образовалась странная, звенящая пустота…
В тот же вечер Лена сменила замки в квартире. Она сказала мастеру:
— Смените замки. Прямо сейчас. Потому что бывший муж входит в квартиру без стука. У него свои ключи, которые он так и не вернул после развода. А я… Я больше не хочу, чтобы он входил без стука. Поняли?
Мастер сказал:
— Понял. Сменим.
Лена сидела на пуфике для обуви. В тишине капала вода из крана. Внутри была звенящая пустота. А потом она встала. Она сказала:
— Пустота, ты… Ты не будешь долго. Я сменила замки. Я сменила… Я…
Игорь заявил в суде:
— Сын выбрал нас, у нас не надо зубрить. У нас с Ритой прикольно, и никто не заставляет зубрить физику. У нас свобода и понимание. А у бывшей жены — контроль. Репетиторы, секции, постоянные упрёки. Артем для неё — проект. А ему нужна семья. Мы дадим ему свободу.
Лена сказала судье:
— Ваша честь, я просто требую, чтобы он учился! Он в восьмом классе. У него пять двоек в четверти. У него аллергия на цитрусовые. Ему в понедельник сдавать проект по истории. Я оплатила репетитора по химии. Четыре с половиной тысячи за три урока вперёд. Занятия по средам в шесть. А Игорь говорит: «Какие репетиторы? Пацан только переезжает. Ему нужна адаптация». Адаптация к чему? К тому, что можно ничего не делать? Поняли?
Судья сказала:
— Решение суда. Иск удовлетворить. Место жительства несовершеннолетнего определить с отцом.
Тёма сказал в микрофон:
— Я выбираю папу. У них с Ритой прикольно, и никто не заставляет зубрить физику. Мы вчера до двух ночи в плейстейшен рубились. Рита даже пиццу сама заказала. Буду заходить по выходным на борщ.
Игорь сказал:
— Пошли, мужик. Нас ждут бургеры.
Рита сказала сладким голосом:
— Елена, вы слишком нагнетаете. Тёма взрослый парень. Мы найдём общий язык. Главное — доверие, а не ваши жёсткие рамки.
Лена осталась одна. Она сменила замки в тот же вечер. Она сказала мастеру: «Смените». Мастер сменил. Лена закрыла дверь на новый замок. Она сказала:
— Игорь больше не войдёт без стука. Игорь больше не войдёт со своими ключами. Рита больше не вплывёт с ванильным парфюмом и не оглядит брезгливо мою прихожую. Тёма больше не уйдёт с клетчатой сумкой, где одежда скомкана. Поняла?
На следующий день Игорь позвонил. Он сказал:
— Лен, открой. Я… Я забыл зарядку от ноута. Тёма…
Лена сказала:
— Игорь, у тебя нет ключей. Я сменила замки в тот же вечер. Ты говорил: «Сын выбрал нас, у нас не надо зубрить». А я говорю: «У меня не надо входить без стука». Понял?
Игорь сказал:
— Лен, ну… Ну ты чего? Тёма… Тёма хочет…
Лена сказала:
— Игорь, Тёма выбрал папу. Тёма выбрал Риту. Тёма выбрал плейстейшен до двух ночи. Тёма выбрал пиццу. Тёма выбрал бургеры. Тёма выбрал свободу от физики. А я выбрала новые замки. Понял?
Через неделю Тёма позвонил сам. Он сказал:
— Мам, а… А у папы с Ритой прикольно, но… Но в школу надо вставать в семь пятнадцать. А Рита… Рита не будит. Рита спит. А папа… Папа на работе. А я… Я проспал. А у меня пять двоек. А теперь… А теперь шесть двоек. Понял?
Лена сказала:
— Тёма, ты выбирал папу, потому что у папы не надо зубрить физику. Ты выбирал папу, потому что у папы прикольно. Ты говорил: «Мам, не начинай. Папа прав. Ты вечно всем недовольна». А теперь ты говоришь: «Мам, я проспал». А я говорю: «Тёма, у мамы надо вставать в семь пятнадцать. У мамы надо зубрить физику. У мамы таблетки от аллергии в аптечке. У мамы репетитор по химии по средам в шесть». Понял?
Тёма сказал:
— Мам, а… А можно я… Я зайду по выходным на борщ? Ты говорила: «Если ты сейчас уйдёшь вот так, ради свободы от уроков, обратно пути не будет». А я… Я…
Лена сказала:
— Тёма, обратно пути не будет — это я сказала в тот день, когда ты уходил с сумкой и рюкзаком с приставкой. А теперь я говорю: «Обратно путь есть, но не через старые замки». Через новые замки. Через новые правила. Через то, что ты сам позвонишь и скажешь: «Мам, я хочу учиться». Понял?
Игорь позвонил снова. Он сказал:
— Лен, ты… Ты подала иск на тридцать пять тысяч алиментов. А теперь… А теперь сын живёт со мной. А теперь алименты должна платить ты. Математика простая. Ты… Ты…
Лена сказала:
— Игорь, математика была простой, когда ты подал встречный иск, чтобы не платить алименты. Ты ушёл к Рите полгода назад. Ты оставил меня с ипотекой и переходным возрастом. Ты платил пятнадцать тысяч со скрипом. С белой части зарплаты. А потом я подала иск на тридцать пять тысяч. А ты подал встречный иск. А сын сказал: «Я выбираю папу». А судья сказала: «Место жительства определить с отцом». А ты сказал: «Сын выбрал нас, у нас не надо зубрить». А теперь ты говоришь: «Математика простая». А я говорю: «Математика простая — это когда сын живёт у папы, а папа не будит его в семь пятнадцать, а Рита спит, а у сына шесть двоек». Понял?
Рита позвонила. Она сказала сладким голосом:
— Елена, вы… Вы слишком нагнетаете. Тёма взрослый парень. Мы… Мы…
Лена сказала:
— Рита, вы говорили: «Главное — доверие, а не жёсткие рамки». Вы говорили: «Тёма взрослый парень». А теперь Тёма проспал школу. А теперь у Тёмы шесть двоек. А теперь Тёма звонит мне и говорит: «Мам, я проспал». А вы спите. Поняли?
Игорь сказал:
— Лен, выдохни. Какие репетиторы? Пацан только переезжает. Ему нужна адаптация.
Лена сказала:
— Игорь, адаптация закончилась. Прошла неделя. Прошёл месяц. Тёма проспал. Тёма не сдал проект по истории. Тёма не ходит к репетитору по химии, за которого я заплатила четыре с половиной тысячи вперёд. Тёма играет в плейстейшен до двух ночи. Тёма ест пиццу и бургеры. А ты говоришь: «Выдохни». А я говорю: «Я выдохнула в тот вечер, когда сменила замки». Поняла?
Через месяц Тёма пришёл к двери. К новой двери. С новым замком. Он постучал. Он сказал:
— Мам, открой. Это я. Тёма.
Лена открыла. Она сказала:
— Тёма, ты стучишь. Ты не входишь без стука, как твой папа. Ты стучишь, потому что я сменила замки. Понял?
Тёма сказал:
— Мам, я… Я хочу жить с тобой. Я… Я выбрал папу, потому что у папы не надо зубрить. А теперь я понял, что у папы не надо зубрить, потому что у папы вообще ничего не надо. А у тебя надо. А я… Я хочу, чтобы надо было. Понял?
Лена сказала:
— Тёма, ты хочешь жить со мной? Ты хочешь зубрить физику? Ты хочешь вставать в семь пятнадцать? Ты хочешь репетитора по химии по средам в шесть? Ты хочешь таблетки от аллергии? Ты хочешь проект по истории? Понял?
Тёма сказал:
— Мам, я хочу. Я… Я устал от плейстейшена до двух ночи. Я устал от пиццы. Я устал от бургеров. Я устал от того, что Рита говорит: «Тёма взрослый парень». А я… Я не взрослый. Мне четырнадцать. Мне… Мне надо, чтобы меня будили. Мне надо, чтобы меня заставляли зубрить. Понял?
Лена сказала:
— Тёма, тогда мы идём в суд. Мы говорим судье: «Сын передумал. Сын выбирает маму. У мамы надо зубрить». Понял?
Игорь сказал в суде снова:
— Ваша честь, мальчик сделал осознанный выбор. Мой клиент готов обеспечить…
Лена сказала:
— Ваша честь, мальчик сделал новый осознанный выбор. Мальчик говорит: «Я выбираю маму. У мамы надо зубрить физику. У мамы надо вставать в семь пятнадцать. У мамы надо делать проект». А у папы с Ритой прикольно, но у папы шесть двоек. Поняли?
Судья поправила очки. Она сказала:
— Артем, вы понимаете, что суд определяет ваше место жительства?
Тёма сказал:
— Да, понимаю. Я хочу жить с мамой. У мамы надо зубрить. А я хочу зубрить. Потому что у папы не надо зубрить, а у папы я проспал школу. Понял?
Судья стукнула молотком. Она сказала:
— Решение суда. Место жительства определить с матерью.
Игорь вальяжно откинулся на спинку стула. Ухмылка исчезла. Он сказал:
— Лен, ты… Ты…
Лена сказала:
— Игорь, ты говорил: «Сын выбрал нас, у нас не надо зубрить». А теперь сын выбрал меня, у меня надо зубрить. А ты… Ты будешь платить алименты. Тридцать пять тысяч. Твёрдая денежная сумма. Математика простая. Понял?
Рита сказала:
— Елена, вы… Вы…
Лена сказала:
— Рита, вы говорили: «Главное — доверие, а не жёсткие рамки». А теперь Тёма говорит: «Мне нужны жёсткие рамки». Поняли?
Тёма собрал вещи. На этот раз он складывал одежду. Не комкал. Не швырял в клетчатую сумку. Он складывал. Он взял учебники по алгебре со стола. Он взял зарядку от ноута. Он взял таблетки от аллергии. Он сказал:
— Мам, пошли домой. На борщ. На физику. На репетитора.
Лена сказала:
— Тёма, пошли. Дома новые замки. Дома никто не входит без стука. Дома встаём в семь пятнадцать. Дома зубрим физику. Понял?
А Игорь остался с Ритой. С плейстейшеном. С пиццей. С бургерами. Без Тёмы. Без сына, который выбрал папу, потому что у папы не надо зубрить. А потом сын выбрал маму, потому что у мамы надо зубрить. Понял?
И если меня теперь спросят: «А ты не жалеешь, что сменила замки в тот же вечер, когда бывший сказал: «Сын выбрал нас, у нас не надо зубрить»?» — я отвечу:
— Нет. Я жалею только о том, что не сменила замки раньше, когда Игорь входил без стука со своими ключами после развода. Потому что если бы я раньше сменила замки, Тёма бы раньше понял, что один новый замок сильнее, чем сто раз, когда тебе говорят: «У нас с Ритой прикольно, и никто не заставляет зубрить физику».
